… рассказывает звезда «Ходячих мертвецов», «Черной пантеры» и «Мстителей» Данай Гурира.

Данай Гурира.

Последние несколько месяцев стали для меня вихрем самых разнообразных мероприятий – премьерных показов и встреч с прессой в рамках промо-тура «Черной пантеры» и последних «Мстителей».

Где только я не была: от Лос-Анджелеса до Лондона и Йоханнесбурга – настоящий фэшн-марафон! Мне повезло, что со мной была близкая подруга, коллега по «Черной пантере» и настоящий знаток того, как надо вести себя на красной дорожке, Люпита Нионго. Она общается с журналистами и фотографируется с невероятной легкостью и уверенностью в себе. Абсолютно великолепна. Люпита всегда прекрасно держится и никогда не позирует.

В первый раз мы работали с ней над моей пьесой Eclipsed, где сюжет разворачивался во время Второй гражданской войны в Либерии.

Эта работа была номинирована в категории «Лучшая пьеса» на премию «Тони» в 2016 году. По сравнению с Голливудом, театральная тусовка совершенно не гламурная. Будучи драматургом, вы скорее заворачиваетесь в черный свитер и трясетесь от переживаний перед премьерой в надежде, что все пройдет нормально. Раз в год у людей театра проходит своя версия «Оскара» – «Тони». Это безусловная честь для любого человека театра, я даже не смела об этом мечтать.

В тот вечер променять свой кардиган на потрясающее желтое платье Rosie Assoulin было для меня чем-то фантастическим.

Для меня как для американки, родившейся в семье эмигрантов из Зимбабве, было крайне важно получить признание за историю о трудностях войны, рассказанную с точки зрения африканской женщины. Когда я в первый раз увидела платье Рози в студии, сразу поняла – это то, что мне нужно. Желтый цвет для меня символизировал и путь, который прошла Либерия, и то, как солнце светило в конце туннеля во время массового движения, и то, как Эллен Джонсон Сирлиф стала первой главой государства женского пола во всей Африке.

Данай Гурира

Данай Гурира в Rosie Assoulin на премии «Тони» в Нью-Йорке, 2016.

Есть что-то особенное в том, как мода позволяет стать частью чьей-то искусной работы.

Надевая чужое творение, вы как будто добавляете свою сюжетную линию к имеющейся истории. Не думаю, что какой-то другой вид искусства дарит такие же ощущения. Работы Рози привлекли меня тем, что они романтичны и современны одновременно. Мое платье выглядело как кутюрный предмет гардероба родом из 1950-х годов благодаря А-силуэту и архитектурным объемам, не говоря об асимметричном крое и фигурном вырезе в области декольте. И у него были карманы! Во время фотосессии у пресс-стены, я была рада, что мне было куда деть руки и не держать их постоянно на талии. Я чувствовала себя уверенно и современно.

Круто еще и то, что мне посчастливилось надеть платье дизайнера из Нью-Йорка – города, в котором я обрела себя и свое место в этом мире.

Именно поэтому во время пресс-туров я стараюсь носить больше нью-йоркских лейблов, вроде Gabriela Hearst, Altuzarra и Sies Marjan. Не могу дождаться, когда вновь буду работать с Люпитой над экранизацией бестселлера Чимаманды Нгози Адичи (нигерийская писательница-феминистка – HB )«Американха». Я адаптирую роман для съемок мини-сериала и хотела бы, чтобы Люпита в нем снялась. Теперь я обожаю красную дорожку и довольно раскованно чувствую себя перед камерой. Я поняла, что не стоит позировать так же как другие люди. Важно создать с платьем особую связь – тогда между вами произойдет настоящая химия.


Записала: Элисон Кон. Перевод: Жанна Мустафина. Данай Гурира.

Читайте также: Джейн Биркин о молодости в Париже и любимых предметах мужского гардероба.

Читайте также: Айрис Апфель о новой книге, современной моде и работе в нью-йоркском универмаге.